|
Содержание
|
||
|
|
|
|
Проснись и пой
Неудержим в Америке русский человек! Даже если он и не русский. Самозваные "королевские" таланты и их брайтонские поклонники уже не могут тешить друг друга в полутемных кабаках.
Гульба переместилась, и куда! Медисон-сквер-гарден и Эвери Фишер-холл, Радио Сити Мюзик-холл и "Карнеги-холл" - названия, от которых подкашиваются коленки у настоящих гениев мирового музыкального искусства, - принимали теперь любимцев российских братков. Держись, Америка! Получай искусство, мать твою... Вчера Лучано Паваротти, первый ряд, семьдесят пять долларов... Сегодня Маша Распутина, третий ряд, сто восемьдесят баксов. Знай наших!
Но и этим дело не закончилось. Не удовлетворившись искусством из зала, в поисках истинного катарсиса эмиграция ринулась на подмостки сама. Люди, еще вчера занимавшие места в первых рядах на концертах "первых ледей России", вдруг сами заголосили в микрофоны. Особенно отличились почему-то медицинские работники. Если вы пришли в русский ресторан и там присутствует хоть один врач, знайте: рано или поздно он выйдет на эстраду, отберет микрофон у солиста оркестра и будет петь хоть до утра. Причем похоже, что у врачей дело тут вовсе не в слухе и голосе, а в каком-то неведомом нам, пациентам, принципе: хоть умри, а пой...
- Вова, ты зачем поешь на всех именинах? - осторожно спрашиваю я у своего лучшего друга, чудесного стоматолога, вынужденного чуть ли не каждую субботу сочинять новую песню очередному юбиляру. - Тебя же люди уважают, а ты вдруг... поешь.
- Так надо, - мрачно отвечает Вова. - Ты не понимаешь, они привыкли, что я всем пою, если я им не спою, они же обидятся.
- Или обрадуются, - добавляю я, но уже мысленно, потому что люблю моего друга. Он же не виноват, что он врач.
Страсть русскоязычных врачей-эмигрантов к эстрадному пению - это, несомненно, тема серьезного научного исследования, скорее всего, с точки зрения психиатрической науки. Но до этого руки пока не дошли, хотя бы потому, что самый уважаемый в русской общине психотерапевт Шура П. сам сначала рванул в Голливуд записывать на свои деньги видеоклип, где он распевает зачем-то в сомбреро, окруженный легкоодетыми девицами, а затем и вовсе плюнул на брайтонских пациентов и отправился на длительные певческие гастроли в российскую глубинку. (Что, заметим по ходу, неплохая месть России за Машу Распутину и ее поющих друганов.)
Постепенно из зала на сцену потянулись и состоятельные пациенты непрерывно поющих врачей: юристы, владельцы магазинов, ресторанов, а также люди без определенных занятий, но явно при деньгах. Расширилось жанровое и репертуарное разнообразие самонадеянных артистов. К эстрадному вокалу добавились декламация, танец, искусство киноповествования. Страстного желания быть на подмостках как можно дольше оставалось в избытке, но уже не хватало определенных навыков. Ведь большинство из участников этой эмигрантской художественной самонадеятельности не имели не только слуха и голоса. Многие также не умели говорить, двигаться, а некоторые - читать и писать. Таким образом, появилась насущная необходимость в наемной силе. Непристроенная в Америке творческая интеллигенция вдруг нашла себе давно забытое применение: по специальности!
Свадьба, юбилей, годовщина, трехлетие внука - любое семейное событие стало превращаться в мощное театрализованное представление в двух-трех отделениях, с привлечением авторов, режиссеров, киносъемочных групп. Отношения творческой братии с жаждущими сценической славы работодателями складываются, как и водится, враждебные. Магазинщики не понимают, почему за написание песни или сценария юбилея надо платить как за какую-то настоящую работу. Творцы, в свою очередь, обижаются на жадность, недооценку таланта и цензорские замашки. Одним словом, проснулись и запели.
ВЫСКАЗАТЬСЯ
|
|
|
||||
|
||||||